Крепостную женщину никто не купил, но запах исторического дегтя мы понюхали

Эдуард ФАТЕЕВ,
«Репортер»

А второе празднование столетия состоялось уже в самом музее 18 мая в Международный день музеев. У меня было много работы даже на субботу, а потому я сомневался, идти ли на это мероприятие. Пошел с женой – и не пожалел. Там собралось человек 30 – не только известные в городе краеведы, школьные преподаватели этого предмета (когда попросили поднять руки, их оказалось не больше трети присутствующих), но и просто любители истории. Мне было приятно оказаться в их окружении, даже несмотря на то, что многих не знал.

Основой музея в свое время стала коллекция помещиков Нечаевых из села Лукиевка. Понятно, что к 100-летию в нем была открыта экспозиция, посвященная этому роду, девять поколений которого вели свое летоисчисление от казака Григория Нечая, ставшего затем вахмистром в российской армии и получившим земли с крепостными.   

По залу, посвященному помещичьему быту, приглашенных провела ведущий хранитель музея Светлана Костенко. Сейчас даже сложно оценить все, что было в нечаевских коллекциях: часть мебели еще до формирования музея разошлась по советским учреждениям, часть художественной коллекции была передана (изъята) в музеи областного центра, часть бесследно исчезла, попав в эвакуацию, на Северном Кавказе (и, как говорит главный хранитель музея Игорь Анцышкин, «возможно, сейчас украшает семейное поместье какого-нибудь родового аксакала: Восток – дело тонкое»).  
Но и те крохи, что остались, впечатляют. Бронзовые фигуры в полный рост, большие картины (к сожалению, лишь копии с известных произведений), мебель (тоже подражание лучшим образцам), посуда, гравюры… А вот самое ценное, на мой взгляд, – это две небольшие мраморные головы работы Анри Сиччежио (1600-е гг.). Будете в музее, обратите на них особое внимание.  
Давний и бескорыстный друг нашей газеты Игорь Анцышкин не был бы собой, если бы не отчебучил то, что именуется хепенингом. Рассказывая о нечаевском поместье, он неожиданно предложил
публике… купить «крепостную». Сотрудница музея в соответствующем исторической эпохе одеянии тут же скромно вышла к креслу новоявленного «крепостника».
– Крепостная Матрена, – представил он. – Стартовая цена пять рублей
ассигнациями!
Публика, не привыкшая к таким выходкам, стушевалась. Я, было, потянул руку, но рядом со мной стояла жена. И желание прикупить «крепостную» как-то пропало. Рука безвольно обвисла (мы сами рабы своих жен).
– Здоровая, работящая, родила уже пятерых детей, прекрасная кухарка. Печальная, потому что муж забрит в солдаты, сейчас подавляет восстание в Чехии, – не унимался главный хранитель музея.
Но присутствующих сложно было
расшевелить.
– Подушная подать уже заплачена, – метнул Игорь Анцышкин последний козырь. – Вам она ничего не будет стоить перед казной.  
Однако нравы за последние (Боже, всего каких-то 140 лет!) изменились настолько, что никто так и не откликнулся на прямо-таки царское предложение. Матрена осталась в «крепостных» главного хранителя музея.
– Да, Игорь Валерьевич, не ждали мы от вас такого, рабовладелец вы наш, – прокомментировал один из музейщиков.
Хо-хо! А чего еще можно ожидать от двойного тезки Игоря Валерьевича Коломойского? – отвечу я вам встречным вопросом.
Казацкий и крестьянский периоды Никопольщины осветил заместитель директора музея по научной части Мирослав Жуковский. Он даже дал «понюхать саму Историю»: затычка деревянного ведерка к чумацкому возу (одному из немногих, сохранившихся в Украине) до сих пор хранит густой смолистый запах дегтя. К 13.30 директор музея Александр Кушнирук пригласил всех на улицу, к центральному входу. Небольшой наземный фейерверк ознаменовал завершение первого столетия Никопольского краеведческого и начало второго.
Долгие лета тебе, наш родной музей!

Фото автора

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

^ Наверх