НАША ИСТОРИЯ: Моряки Никопольщины

(Продолжение. Начало в № №93 (2018 г.), 2, 16, 17, 19, 20, 23 (2019 г.))

Два капитана
(часть 1, «Комсомолец», 1989 г.)
Подводники на флоте – самые отчаянные люди. Замкнутое пространство подлодки, которая в любую минуту может превратиться в братскую могилу, многометровый слой воды над головой закаляют характер человека, меняют его отношение к жизни. О двух земляках подводниках, о двух капитанах мы хотим напомнить читателям.

Подводник, капитан 3-го ранга Юрий Иванович Максимчук родом из села Катериновка Покровского сельсовета Никопольского района. Родился 5 мая 1957 г. Окончил семилетку. В 1971 г. с родителями переехал в с. Шолохово, где учился в местной школе, был школьным комсоргом, помогал собирать урожаи на полях колхоза им. Хмельницкого. В 1974 г. окончил школу, получив похвальную грамоту за успехи в математике, физике и литературе. И посвятил свою жизнь морю.
Севастопольское высшее военно-морское инженерное училище он окончил в 1978 г. на «отлично», хотя на втором курсе, не выдержав тягот курсантского быта, написал рапорт на отчисление из училища. Рапорт начальство не подписало.
По окончании училища лейтенант Максимчук был направлен на Северный флот. Прослужив два года механиком на дизельной лодке, был переведен на атомоход «Комсомолец» – К-278.
Это было уникальное судно, спроектированное построенное в единственном экземпляре. Корпус лодки был изготовлен из титана, и она могла погружаться на километровую глубину и находиться там длительное время, чего ни одна другая атомная лодка делать не могла. Рекорд был поставлен 5 августа 1984 г. в той же точке, где затем К-278 затонула.
В 1987 г. Максимчук уехал поступать в Военно-политическую академию. Однако во время экзаменов его отозвали, т.к. на лодке произошел случай неуставных отношений (дедовщины). В академию он не вернулся.
Юрий Иванович служил в должности заместителя командира по политической части. То есть, изучал со свободным от вахты личным составом работу Ленина «Социализм и война», повторял первый раздел из Отчетного доклада Генерального секретаря на 27-м съезде КПСС и материалы 12-й сессии Верховного Совета СССР, штудировал директивы Главкома ВМФ.
А просто по-человечески – поддерживал нормальные отношения в коллективе. Например, перед последним походом он, и сам семейный человек, обошел все семьи офицеров и мичманов, записал голоса их родных на магнитофон, особенно для тех, кто на борту должен был отметить свой день рождения.

…«Комсомолец» потерпел крушение возле острова Медвежий в Норвежском море 7 апреля 1989 г. Глубина была 486 м. В 11.03 в седьмом отсеке вспыхнули пары масла. Сразу взревел ревун тревоги. Командир лодки Ванин дал приказ подать ЛОХ в горящий отсек. ЛОХ – это лодочная объемная химическая смесь фреонового пожаротушения, смертельная для людей. Ожидали, что погибнут члены команды лишь в одном отсеке. И все бы и обошлось, если бы пожар не разгерметизировал трубопровод системы поачи воздуха высокого давления. Отсек сразу же превратился в подобие мартеновской печи.
Пламя прорвалось в соседний отсек. Немедленно остановили правый турбогенератор, левый остановился сам. Тут же сработала автоматическая защита реактора. Остановился гребной вал, лодка потеряла ход.
Огонь проник в очередной отсек. Начали искрить насосы, прервалась межотсечная связь, заклинил вертикальный руль, приборы на пультах отказывали один за другим.
В живых на этот момент оставалось 67 человек. Точно сработал «хозяин реактора» капитан-лейтенант Орлов. Он предотвратил ядерный взрыв.
Удалось продуть балласты и всплыть. Дым тем временем проник практически во все отсеки, концентрация СО была в смертельной дозе. Моряки начали терять сознание. Максимчук помогал доктору откачивать задохнувшихся. Спасшиеся моряки собрались наверху. Лишь через три часа (!) над лодкой пролетел ИЛ-38, летчики передали, что к атомарине идут на помощь (ближайшие сейнеры с плавбазой были на расстоянии 60 миль, или 120 км).
Но было уже слишком поздно. «Комсомолец» содрогнулся от внутренних взрывов. В кормовые отсеки прорвалась вода. Затопление было стремительным – корма уходила в воду, нос задирался ввысь. Для выхода из командного отсека оставались считанные минуты. Среди не успевших были и командир.
Все, кто был наверху, попрыгали в воду. До подхода рыбаков оставался примерно час. Плот правого борта не успели вытащить, и его унесло ветром. Спасательный плот, скинутый с левого борта, надувшись, перевернулся. Люди облепили перевернутый плот. Через полчаса волнение усилилось, моряков стало накрывать с головой, отрывать от плота и уносить. Люди теряли силы, отпускали леера и уходить под воду.
Вспоминает капитан-лейтенант Григулевич:
«Мы с Богдановым Максимчука держали минут сорок. Он в «канадке» был. Она намокла и тянула сильно. А потом у меня самого руки замерзли, не чувствую его. Я говорю: «Юра, держись, держись!». Вдруг волна. Я рукой в воде раз, раз, а его уже нет…».
Вскоре подошли рыбаки, и началось спасение выживших.
Сгорели, задохнулись и утонули 42 члена экипажа. 13 апреля в Североморске прошла траурная церемония прощания с погибшими. В актовом зале гарнизонного Дома офицеров стояли 19 открытых гробов. Все погибшие и живые члены экипажа «Комсомольца» указом Горбачева от 12 мая 1989 г. были награждены орденом Красного Знамени. Их вручал родственникам погибших в том же актовом зале Дома офицеров командующий ВМФ адмирал флота Чернавин.
Титановый труп «Комсомольца» с раскрывшимися от удара крышками торпедных аппаратов зарылся в ил в 90 милях юго-западнее острова Медвежий.

А все могло быть иначе…
Если бы советское командование вовремя обратилось к норвежцам, а не играло в секретность. В таком случае норвежские рыболовецкие суда могли вовремя подойти к терпящей бедствие подлодке.
Советские военные самолеты подлетали к месту аварии и сбрасывали на парашютах спасательные контейнеры. Дернуть за шнур открытия надо было вручную, а контейнеры весили по центнеру и могли просто утопить подплывших к ним моряков. Поэтому их сбрасывали в отдалении, и они спокойно уплывали по волнам Норвежского моря.
Огонь не распространился бы, если бы на заводе-изготовителе К-278 не внедрили рацпредложение – в целях экономии для народного хозяйства цветного металла не заменили бы прокладки из красной меди на трубопроводе воздуха высокого давления на пластмассовые. Пластмасса просто расплавилась, и огонь получил поживу.
Бардак, беспечность, безалаберность, безответственность – вот четыре кита, на которых стояла советская система. И гибель «Комсомольца» – прямое подтверждение этому.


29 августа 1989 г. на здании Шолоховской школы была открыта мемориальная доска, посвященная погибшему подводнику, а ул. Школьная в Шолохово переименована в ул. Максимчука.

Два капитана
(часть 2, «Курск», 2000 г.)

Российский флот перенял все худшие черты советской военной системы, только возвел их в куб. Это хорошо видно на примере гибели атомохода «Курск», на борту которого также погиб наш земляк, марганчанин, капитан-инженер 2-го ранга Виктор Михайлович Белогунь.

Родился он в 1960 г. Так же, как и Максимчук, мечтал о море, и так же, как и он, окончил Севастопольское высшее военно-морское инженерное училище.
На момент аварии он служил заместителем начальника электромеханической службы 7-й дивизии. Кроме него на борту подлодки было еще 9 офицеров и мичманов – выходцев из Украины. Кстати, вице-адмирал Владимир Безкоровайный, бывший командующий ВМС Украины, в телеинтервью как-то сказал, что около 40% личного состава офицеров и мичманов Северного флота составляли выходцы из Украины. Большинство из них служили ранее в Севастополе, а затем переметнулись в российский флот.

Лодка К-141 или «Курск» была спущена на воду 16 мая 1994 г. Она имела длину 154 м, ширину – 18,2 м. На борту было два атомных реактора, дающих каждый на вал по 50 000 лошадиных сил, что позволяло подлодке идти со скоростью 15 узлов над водой и 33 узла под водой. Предельная глубина 500 м, автономность 120 суток.
В августе 2000 г. «Курск» вышел на учебные стрельбы. На борту лодки было 24 крылатые ракеты и 24 торпеды. 12 августа «Курск» должен был осуществить учебную атаку авианесущей группы
кораблей, однако связь с ним была утрачена. Он дважды не вышел на связь в установленное время – в 17.30 и 23.00.
Утром следующего дня на поиски пропавшей подлодки отправилась группа кораблей. «Курск» был обнаружен лежащим на грунте на глубине 108 метров. Через 6 дней главнокомандующий ВМФ России адмирал Владимир Куроедов сообщил, что по расчетам экспертов, кислорода на затонувшей лодке «Курск» хватит до 25 августа.
Всю эту неделю президент РФ Владимир Путин отдыхал в Сочи, ни мало не заботясь об экипаже затонувшей подлодки. Лишь поговорив по телефону с американским президентом Биллом Клинтоном, Путин назвал ситуацию критической и дал разрешение на обращение к иностранцам за помощью. Российские спасательные средства ничем помочь погибающему судну не могли, поэтому командование флота обратилось к Великобритании и Норвегии. Однако сделано это было слишком поздно.
Тем временем все данные россиянами были засекречены. Факты приходилось узнавать из западных источников. Именно в западных СМИ появились уточнения относительно количества людей, находящихся на борту К-141. Би-Би-Си, «Рейтер» и Си-Эн-Эн утверждают, что на «Курске» в момент аварии было 118 человек.
А Си-Эн-Эн в специальном репортаже сообщало об отчете, предоставленном Пентагону и Белому дому военно-морской разведкой США. Оказывается, две американские субмарины и один корабль вели с помощью новейшей техники наблюдение за ходом российских учений в Баренцевом море. Спецы-разведчики утверждали, что рано утром 12 августа в носовом отсеке «Курска» произошло два взрыва. Их разделяли всего несколько секунд, второй был значительно мощнее первого.
Всего было 18 версий катастрофы, в т.ч. и происки американцев, и террорист-смертник и т.п. Официальное же следствие, которое возглавлял генпрокурор РФ, пришло к выводу, что во всем виновата торпеда, которая взорвалась внутри торпедного аппарата, когда лодка находилась в подводном положении. Это привело к началу взрывного процесса. Получив катастрофическое повреждение, корабль затонул в 175 км от Североморска на глубине 108 метров. Следствие закончено, забудьте.

Но взрыва под водой не было! Независимые эксперты указывают, что в этом случае была бы совершенно иная картина повреждений: корпус бы разворотило изнутри. На самом деле вся обшивка была загнута вовнутрь. От одной торпеды не могли взорваться и все остальные. Даже при пожаре торпеды все вместе взорваться не могут. На подводных съемках четко видно, что лодка лежит на боку, а торпеды валяются на дне возле нее.
И еще. Если бы, как утверждает следствие, разом взорвался весь торпедный отсек, вода бы тут же хлынула в корпус, и пожара бы не возникло. Но найденные трупы подводников сильно обгорели.
Как утверждают независимые эксперты, «Курск» был потоплен ракетами, выпущенными с российских кораблей, когда он двигался по поверхности моря в район учений. Скорее всего, было одно за другим два смертельных попадания в носовые отсеки. Но даже при таком попадании кормовые отсеки остались целы, а люди живы. И это особенно постыдная страница в истории с К-141.
Сначала сообщили, что слышали стуки изнутри подлодки. Это правда: моряки оставались в отсеках. Вице-адмирал Моцак тогда сообщил: мы установили связь с ними. А потом отказались от своих слов. Прошли несколько суток – и все погибли. Если бы этих моряков спасли, они бы рассказали, как лодку расстреляли свои же ракетчики.
Двое суток подводники ждали помощи. И водолазы могли попытаться их спасти, если бы получили приказ. Однако Путин, который называл жен подводников, обращавшихся к нему за помощью, «шлюхами, нанятыми за 10 долларов Первым каналом», такого приказа не дал.
Чтобы замести следы преступления, почти год на месте, где затонул «Курск», находился надводный корабль, который глубинными бомбами не подпускал никого к лодке. Были потрачены огромные средства, чтобы отрезать первый отсек, главный свидетель происшедшего. Подводная операция по его удалению стоила столько же, сколько сама лодка.
Желание утаить правду, наплевав на людские жизни, было и есть официальной политикой российской власти, воспринявшей все худшие черты советской системы. И моряки-украинцы, позарившиеся на длинный российский рубль, стали ее жертвами.


На здании средней школы №11 в Марганце, где учился Виктор Белогунь, установлена мемориальная доска его памяти. Сейчас, правда, вызывает сомнение правомочность наличия доски в честь российского офицера.

(Продолжение следует)

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

^ Наверх