Однажды в Никополе

Маргарита Стрелецкая

Я смотрела на свое отражение в автобусном стекле и видела катившиеся в никуда свои горькие слезы. Вновь и вновь пролистывала страницы своей жизни, в которых, кроме слоеного пирога из сюжетных линий в жанре драмы, почти ничего не было.
Остановка. Открываются двери.

Заходит дедушка с веточкой, усыпанной белыми цветами. Я первый раз вижу такие. Улыбнулась, слизывая слезы. Он – аккуратненький, чистенький, в серо-синем костюме с галстучком, в соломенной шляпе, вычищенных замшевых ботиночках. Я подумала – только орденов не хватает. Встал на передней площадке, повернулся к салону, держит перед собой веточку, как свечу, и на весь салон:
– Мир вам!
Никто не ответил, смотрят в сторону. Пробежался глазами по лицам, зацепился за мое… в слезах.
– Это вам, разрешите, – протягивает мне цветы.
И как в том мультфильме: «Мне? А за что? — Просто так?». Я взяла. А слезы, как сдурели, стали бесконт-
рольными, сами себе на уме, текут рекой… Он сел рядом.
– Вы, я так понимаю, в церковь? – ответила я на подачу.
– Да, мне на 11.00. А хотите расскажу, как все началось?
– Хочу, – стараясь не разрыдаться на весь автобус, промычала я.
– Живу я один, после смерти жены так переживал, что почти потерял слух, а дочка в церковь ходила, уговаривала и меня: «Только, папа, поверить нужно сильно, сильно…». А как же «сильно»-то, если я бывший коммунист? Приехал как-то к ней в церковь проповедник из Киева, она меня пригласила. Я пошел. Не слышал, что он говорил. А он подошел ко мне и предложил: «Пов-
торяй за мной». Даже не знаю, как я в тот момент его слышал, но молитву за ним повторил. С того времени слышать стал хорошо, даже вас слышу, хотя вы мне почти шепчете. Что-то зацепилось тогда за мое сердце. Теперь в нем и живет.
– О, мне пора выходить… И вышел.
Я провожала его взглядом – стройный, с прямой спиной, счастливый. Повернулась к своему отражению в стек-
ле, вроде все то же, да что-то не так – слезы другие, совсем другие. А всего 10 минут прошло, но 10 минут… жизни, Жизни, в которой не драма, а Любовь! Милая, заботливая, нежная, в которой все слезы мои …. посчитаны.
– Благодарю Тебя, Боже, за этого дедушку, который, послушавшись Тебя, выходя из дома, выломал веточку заботы, потому что в этот момент…. Ты думал обо мне. Все знал, слышал, понимал и решил успокоить, поддержать.
Я не спросила, как зовут моего попутчика. Да это и не важно. Важно, что он такой есть, есть рядом с нами, есть у Бога… для нас.

«А я по радуге пойду . . .»

Мне долго и упорно объясняли,
что в жизни всё, как в разлинованной тетради,
которую давно и неизвестно чем разлиновали,
цветами черно-белыми, наверно, шутки ради.

Вот белая пошла — лови удачу,
вздохни свободно, отдохни.
А если чёрная — то тут уж не до смеха,
впрягайся в лямку и тяни.

Заметила я и ещё одну закономерность-
кто свято верит в черно-белую судьбу,
тот если б посчитал свои полоски, то увидел,
что черных почему-то больше, почему?

Вопросом этим я однажды задалась:
Зачем мы черно-белым судьбы мерим?
Но лишь увидела закон:
имеем то, во что мы верим.

Жила и вглядывалась в лета,
а ведь и правда, что мы видим?
Живём не поднимая головы
и ближнего до смерти судим.

Но что же делать, Боже, разве это жизнь?
Я жить хочу по настоящему, смеяться,
я познавать хочу, расти, любить,
хочу до бесконечности меняться.

Но разве можно изменяться в черно-белом?
Ты выживаешь в нём, а не живёшь,
а если развернуть чуть-чуть листок,
вот ты уже и в кандалах бредёшь.

«Охотник… каждый… знать… желает… где…» –
так красок требует моё сознанье.
Идут дорогой черно-белой те,
кто ограничен черно-белым знаньем.

Я верить не хочу в тетрадных линий опыт,
я верю, что есть лучшее начало,
я верю, что как всходит радуга в саду,
так начинаюсь я у разноцветного причала.

Вот в красную вхожу я полосу –
завет я с Богом кровный заключаю.
В крови Его прощенье нахожу,
свидетельством и кровью побеждаю!

Ступаю я в оранжевую реку
и вижу, как спасают Моисея.
Здесь открывает Бог истории мне строки
и корни, без которых жить бы не сумела.

А жёлтая огнём спадает с неба,
в ней мощь и крепость разуму не властны,
Любовью эта силища зовётся,
в ней Бога Всемогущего контрасты.

Зелёная стезя – душе моей отрада,
в ней обновленья светлый луч,
несёт мне исцеленье и награду
и разгоняет стаи чёрных туч.

Мне голубое небо благодати
даёт надежду, упованье на Творца.
И крепнет вера, что в стыде я не останусь,
исполню волю и дойду с Ним до конца.

Вот, Боже, и до синей я дошла.
Кто хочет знать Тебя – тот чашу пьёт до дна.
Не откажу я сердцу своему познать
боль сердца Твоего и вместе с ним страдать.

О, Боже, дай мне силы всё преодолеть —
долготерпения и прощенья фиолет.
Когда нет человеческих усилий –
есть посвященье Богу Силы.

Где пот кровавый, плети без числа,
где есть кресты, шипы тернового венца,
где отвержение, позор и стыд,
где неизбежность, боль от множества обид.

Но где кровавую полоску снова оставляя,
Ты на руках меня из ада… вносишь в двери рая.

Маргарита Стрелецкая выросла на библиотечной литературе. Пишет рассказы и стихи. «Репортер» открыл ее случайно. И слава Богу. Маргарита родилась в сибирском городе Тобольске. В Никополе живет с 1981 г., училась в школах № 12 и 13, окончила педагогическое училище. С 2000 г. работала в библиотечной системе Никополя (библиотекарь, методист).

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

^ Наверх