Терпеть друг друга любовью. Как это?

Мысли под песни киевского священника Сергия Киселева

Светлана КОНОВАЛЮК,
«Репортер»

…Я давно чувствую себя роботом. У меня практически нет друзей. Мне неинтересны городские мероприятия. Да и события вообще вокруг. Мне скучно. Я не хочу двигаться. Но как-то так случилось, что один неуемный человек вытянул меня на концерт киевского священника Сергия Киселева. Когда-то давно он уже приезжал в Никополь и пел свои проповеди под гитару.

… Покорно села на первый ряд. Отметила, что зал во Дворце культуры завода ферросплавов полон. Опустила веки и отдалась течению времени. Помню, как я впервые, школьницей, обалдела от звуков виолончели, попав в дом учителя пения. Как потом этот учитель увлек мальчиков-одноклассников игрой на саксофоне, и они трубили в коридоре на переменках. Но главным инструментом в СССР была гитара – народная, нервная, массовая, печальная и яростная… Все юношеские эмоции прошли через нее.
После окончания факультета журналистики я руководила пресс-службой штаба ЦК комсомола на БАМе, и мы каждое лето проводили фестивали гитарной песни. Верховодили барды – это такие люди, которые не признавали (и даже презирали) официальных певцов, выступавших на сцене за деньги. Барды были убеждены, что искренние песни поются только бесплатно. Для этого мы у себя в Тынде с помощью воинской части обустроили сопку, налепили скамеек из досок и несколько суток слушали, подпевали, записывали на магнитофон. Певцов заочно подбирал нам Булат Окуджава. Приезжали: Клячкин, Суханов, Берковский, Дольский, Егоров, Вахнюк, Кукин, Визбор, Никитин, Галич, Ким, Якушева…Их песни потом звучали из окон всех общежитий и из палаток до следующего фестиваля. Ну а к Высоцкому мы ездили в Москву и летали на его похороны. Он был кумир из кумиров.
Прошло время, романтики и бунтари, верящие в правду и справедливость, повзрослели и разъехались. Священники удерживали нравственность на нужном уровне изо всех сил. Потом и их реабилитировали. Началось возрождение православия. А потом развернулась борьба с олигархами. И от отчаяния народ еще сильнее потянулся к вере Христовой. Впервые стали проводить гитарно-песенные православные фестивали. Странно это выглядело. Зато слова крепко оседали в памяти. И вот один из этих гитаристов. Проповедник, выросший на романтике бардов. Отец Сергий живет и служит в селе Сулимовка. У него – борода и ряса. Он пишет стихи и песни о вере, любви, сострадании, смысле жизни, греховности, покаянии; порой его песни похожи на тревожный колокольный звон, порой проливаются благоуханием мирры. У него низкий грудной голос, ровный, спокойный, но как-то накрепко западает в душу. Дает концерты в больницах, тюрьмах, воинских частях, в разных городах Украины, за границей… Отец Сергий обращается не только к верующим и сомневающимся, но скорее к неверующим и запутавшимся.
В эпоху популяризации примитивных текстов и смыслов на эстраде и телевидении такие концерты-откровения – это как… редкая жемчужина на глубоком дне моря человеческого бытия, где на поверхности бушуют человеческие страсти. Чтобы добраться до нее, нужно приложить духовные усилия. Песни отца Сергия наполнены глубоким философским и духовным смыслом. Они волнуют, возвышают, врачуют, помогают найти точку опоры в собственном сердце и в Том, Кто нас создал. «Все остальное – преходяще, поэтому нельзя опираться на движимое, на то, что живет и подвержено отмиранию. Можно опереться только на вечное» – внушает он.

Послушайте становление его души:

«Мой отец очень любил слушать Высоцкого, и я слушал, мечтая играть на гитаре и петь. Лет в восемь мне купили гитару, преподаватель учил классическим вещам, но я чаще всего играл бардовское».

«Закончил медучилище. Пока учился
в мединституте, работал фельдшером на «скорой».

«Во время работы познакомился с одним верующим человеком. О Боге, конечно, речи не было вообще. Мы с ним долго общались и постепенно, логически он меня подводил к тому, что существует Бог, Творец Вселенной. Я когда это услышал, был просто потрясен. И сказал: «Ты что, веришь в Бога?». Он говорит: «Да». «И в церковь, что ли ходишь?». Он говорит: «Да». Я тогда от него отвернулся и перестал с ним общаться. А когда прошло некоторое время, я задумался: «А как же он может в церковь ходить? Такой умный человек, а в церковь ходит». И я попросил Евангелие у него. Он мне принес. Я начал сам читать. И постепенно я понял, что Бог есть. Я подошел к этому вопросу с искренней позиции: если есть Бог, я должен буду это признать, если нет, я об этом тоже узнаю и буду об этом всем говорить. Так вот я выяснил, что Бог есть. Я стал верующим, крестился».

«Когда решил стать священником, гитару тут же продал — решил, что это грех. Но однажды был в гостях — и там была гитара. Друзья уговорили сыграть. На следующий день пошел в церковь замаливать проступок, а там батюшка мне говорит, мол, это не грех, к тому же, можно петь духовные песни… А песня – это вид проповеди. То, что у меня живет в душе. Я думаю так у любого священника: то, что он постигает своей жизнью, опытом веры и молитвой своей. Просто не каждый это в стихах излагает. А я научился».

«Меня часто приглашают выступать на разных концертах, в больницы, тюрьмы. Я с удовольствием езжу. Выступал по всей Украине, России, давал концерты в Мюнхене, Кемптоне, Берлине. А однажды друзья решили устроить свадьбу без традиционной музыки, с моими песнями. Пригласили меня, я пел там о любви, о вере, стоя в рясе и с крестом».

«Некоторые критикуют – мол, это уже не батюшка, а артист. «Я считаю, что своими песнями помогаю людям. Было такое, что человек хотел наложить на себя руки, но послушал мои песни и передумал. Вот ради этого стоит петь!».

«В рок-музыке нет ничего плохого. Молодежь любит рок, а Бог любит молодежь».

«В своих песнях я стараюсь людей не поучать, а делиться с ними тем, что я сам в жизни понял. Вот когда какая-то радость в человеке есть, он познал что-то интересное — он хочет поделиться с другими людьми, чтобы они разделили с ним его радость. И когда я узнал Бога, этой радостью своей я стал делиться с другими людьми. Мои песни нельзя назвать церковными. Духовными – да. Я в них пытаюсь брать любые явления современной жизни, которые мы все встречаем, но освещать их с духовной точки зрения, с точки зрения православной церкви. Объяснить людям, что есть в этом мире иная цель, не только земная жизнь, а показать путь к Небу, к Свету, к Богу».

«Помню, интересный случай произошел в Никополе. После выступления ко мне подошла женщина, которая рассказала, что еще год назад у нее было больное сердце. «Когда вы в прошлый раз приезжали в Никополь, я еле-еле пришла на ваш концерт, – сказала она. – А вернувшись домой, начала писать стихи». К нынешнему моему приезду она уже издала свой сборник, который я с радостью
принял в подарок».

«Аудитория, которая больше всего любит и лучше всего принимает – это, конечно, люди церковные, хотя свои песни я пишу для аудитории светской. Я адресую свои песни прежде всего тем, кто вообще ничего не знает ни о Боге, ни о Церкви, ни о вере. Как правило, это студенчество, заключенные, военнослужащие.
…Иногда бывают случаи, когда аудиторию вообще не «прошибешь».

«Откуда я черпаю идеи для своих песен? Случайно находятся? Ничего случайного не бывает. Церковь – это неисчерпаемая сокровищница духовности, и мы все в свою меру черпаем из нее. В Церкви циркулирует Божественная благодать, понимание, взлет. Именно там и черпаю идеи. Из учений святых отцов, из Евангелия, собственного опыта.
Если бы Господь не давал духовного семени — я никогда бы ни строчки не написал. произведения рождаются в муках, ни одна не написана спонтанно. Церковь — вот истинное вдохновение, нигде больше так не напишешь».

«В зоне отдельный контингент людей, но и там душевно бывает очень тепло. Люди, которые прошли через страдания, через падение, поняли, что потеряли. И когда они слышат слова о духовном возрождении, о Боге, о Его милости, то реагируют очень живо. Многие храмы и часовни в тюрьмах построены и расписаны самими осужденными».
 
«У меня цель была одна — донести слово Божие до людей, которые не ходят в церковь, не читают Евангелие, в максимально простом формате, чтобы они могли услышать, задуматься, зацепиться за эти слова и начать искать Бога…Мне нужно прийти в какое-то место, где собралось небольшое количество людей, которые хотят слушать и думать, за полтора-два часа провести с ними такую камерную духовную встречу, рассказать, спеть — вот мое дело. Этим, в принципе, я 17 лет и занимаюсь — такой конкретной миссионерской, проповеднической деятельностью».

«В Православии самая главная тема – покаяние. Мои первые песни были покаянные и сейчас есть такие».

«Я пишу песни только по велению души и только для того, чтобы поделиться своими радостными и горькими мыслями с людьми. Это тоже своего рода проповедь. Я выступаю в больницах, интернатах, армии, тюрьмах, учебных заведениях и таким образом рассказываю людям о Боге. Это не концерты, а, скорее, миссионерские встречи или даже духовные беседы, на которых люди могут не только слушать песни о Боге, но и задавать интересующие их вопросы. А служба в храме — это для меня основное, и все службы, которые положено служить в селе, я всегда служу, а в промежутках между ними выступаю в разных городах и странах».
«Некоторые именно в тюрьме приходят к Богу: там они осознают то, что совершили, становятся на путь покаяния, и им как глоток живой воды нужен совет священника, а у меня многие советы
воплощены в песнях. В колониях ведь и храмы строят, и иконы пишут, и иконостасы изготавливают. Этим людям особенно необходима духовная поддержка, как и тем, кто находится в больнице или интернате, куда меня тоже часто приглашают».

«А борьба за души идет непрестанно, и в то безбожное советское время. Тогда, правда, мы не знали, что вслед за ним придет еще более ужасное время для уловления и погибели душ – нынешняя «демократия», которая дает «свободу» творить любое мыслимое и немыслимое зло. Если коммунистическую эпоху называют безбожной, то теперешнюю можно смело назвать просто демонической. Но время и место для спасения душ всегда есть. Человек, временно живя в нем, познает категории Вечности – что есть добро и что есть зло. Для решения этой задачи и звучит в мире Евангельское слово Христа Спасителя, а пастыри церкви
Христовой призваны нести его людям».

* * *

Мной душа моя позаброшена, 
Добродетелью припорошена, 
Изнутри же вся прокажённая 
И огнём страстей обожжённая. 
Я гляжу в себя, гляжу пристально, 
Нет в душе моей места чистого, 
Подклонить Христу негде голову, 
Что же делать мне, неготовому?
(Прозрение души)


Жена моя, 
Прости, что я тебе достался,
Ведь я прощаю же тебя. 
И знаю сам, что грешен очень. 
И труд большой терпеть меня, 
Ещё скажу я между прочим, 
Что ты такая же, как я. 
Давай с тобой жить в мире будем, 
Сердца от злобы оградим, 
Друг друга больше не осудим 
И никогда не предадим. 
А если нет — вражда змеёю 
Совьёт гнездо у нас в семье, 
Чужими станем мы с тобою 
И одинокими вдвойне.


Души небесные одежды
Давно в лохмотьях и грязи,
В делах духовных мы невежды,
Прости нас, Господи, прости! 

…Я открыла глаза. В какой-то момент почувствовала, что исчезает ощущение агрессии, которое сопровождает нас по жизни, с утра до вечера. Слушатели расслабились, исчезло напряжение с их лиц – остались только покой и умиротворение. На сцене приятная женщина (помощница батюшки Надежда Хоменко) рассказывает о добрых чудесах, которые происходят в жизни по Божиему промыслу. И она так увлекла, что я дернулась: а ведь в моей семье было тоже такое чудо! Неожиданно на операционном столе у моего внука исчезла надобность в операции! Доктор, приглашенный из Австрии, взглянув на экран компьютера, сказал только: «Здесь без Бога не обошлось». И улетел в свою Вену. Внук уже почти взрослый. О его болезни мы уже и забыли.

И мне захотелось, как в своем школьном детстве, когда знаешь ответ, протянуть руку, чтобы сказать учителю, что я верю в чудеса. Вот отец Сергий заметит мою поднятую руку, и я побегу на сцену…С трудом остановила себя от такого порыва. На сцене уже осыпала батюшку множеством красивых, пышных, восторженных слов наша городская звезда Раиса Киселева. Она передала певцу букет цветов от имени нашего городского покровителя Андрея Шипко, который содействовал тому, чтобы сегодняшнее мероприятие состоялось. Благочинный церквей Никополя, протоиерей Спасо-Преображенского собора Украинской православной Церкви отец Николай Марущак, наверное, в тысячный раз горячо пожал руку отцу Сергию.
… В вестибюле можно было приобрести диски с песнями отца Сергия. 89-летняя служащая собора, которую все зовут просто Егоровна, собирала деньги на покупку инструментов для строительства кладбищенской церкви (инструменты были украдены а полиция и пальцем не шевельнула).

Из песен отца Сергия


Я с детства земную ценил красоту,
И в ней я не видел изъяна.
Нескоро узнал, что в чудесном саду,
Во всем человечьем и гордом роду
Смертельная кроется рана.


Я, ребята, – солдат. Говорят и один в поле воин.
Но я не один. Сам Господь на моей стороне.
И войну я веду не с другими людьми – сам с собою.
А себя победить тяжелей,чем кого-то вдвойне.


Мы в плаванье уходим кто куда,
И реки нас приводят в океаны.
Мы ищем суть, когда кругом вода.
И эта неуёмная мечта
Проходит через годы, через раны.

И, если сердце сострадать готово,–
Воскресла к жизни мертвая душа!

Фото Виктории Вороновой

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

^ Наверх