НАША ИСТОРИЯ: Летчики Никопольщины

(Окончание. Начало в №№12, 14, 16, 18, 20, 33)

Никопольский аэропорт
Старожилы Никополя помнят, как в 1970-х гг. в нашем городе появился аэродром и ма-а-а-ленький аэропорт. Аэродром находился за «горбатым» мостом, неподалеку от городского кладбища, что не могло невольно не напоминать об осторожности.
Покрытие поля было грунтовым, и поэтому с него взлетали только небольшие АН-2, именуемые в народе «кукурузниками». Но никопольчане любили их.
Любили потому, что в июне эти бипланы катали каждое воскресенье взрослых и детей над городом. Провинция, поэтому каждый полет был событием. Пассажиры взволнованно пытались отыскать крышу своего дома, а дети просто наслаждались первым полетом. Катания проводились в выходной день с 9.00 до 15.00, но если пассажиров было много, их продлевали до 16.00. Билет на борт авиалайнера стоил 1 руб., а полет продолжался 10 минут.
В июле и до середины августа катаний не было. В это время АН-2 совершали серьезные полеты. Например, Никополь – Херсон – Скадовск. Вылет из Никополя был в час дня, из Херсона – в два, а в Скадовск самолет прибывал в три. И вот оно, море, до которого правда, нужно было еще доехать автобусом. Но это уже пустяки! Авиабилет до Херсона стоил 5 руб., до Скадовска 7 руб. При этом какая экономия времени!
Кроме этого рейса, был еще один, вечерний. «Аннушка» летела в областной центр. Вылет производился в 17.00 по понедельникам, средам и пятницам. Билет стоил 3 руб.
А затем аэропорт закрыли. Ведь полеты происходили в районе строительства АЭС, а это запретная зона. Да и рентабельность была не очень. Поэтому труженик АН-2, оставаясь в небе Никопольщины, занялся прозаическим делом – травил долгоносиков на колхозных полях и щедро сыпал нитраты из-под своих широких крыльев. Интересно, что несколько лет назад «Репортер» в первоапрельском номере пошутил, что «возобновляется работа аэропорта, расположенного возле старого кладбища, но теперь в Днепропетровск и оттуда будут курсировать два мини-вертолета». Так нам звонили: «Как вам не совестно трогать умерших?» Это про кладбище, закрытое 30 лет назад! А то, что аэропорт работал при действующем кладбище, их в 1970-е не смущало?

«Твоя звезда улетела в Советский Союз…»
Девятилетняя Афганская война позорным пятном легла на нашу историю, оставив глубокую душевную борозду на Никопольщине. Через бессмысленную авантюру кремлевского руководства прошли сотни никопольчан, 18 из них вернулись из далекой страны в цинковых гробах, десятки – с ранениями.
Но нас интересуют никопольчане-летчики. Они честно исполняли свой воинский долг. И лишь один из них удостоен правительственной награды – ордена Красной Звезды.

Вячеслав Нежижим родился в 1956 г. в Запорожье. В том же году его родители переехали в Никополь, получив квартиру 54 в «Доме водников» (дом №1 на нынешнем пр. Трубников).
Отец был участником Второй мировой войны, матросом. В гражданской жизни он продолжил флотскую профессию, работая в Днепровском речном пароходстве. Мама работала швеей, затем проверяла электросчетчики. Юный Вячик учился в школе-интернате №2 (там стал заниматься авиамоделизмом, что в дальнейшем и привело его в небо), школах №22 и №5 (первый выпуск из новой школы, построенной напротив роддома). Занимался в ДЮСШ, располагавшейся на первом этаже здания на пр. Трубников, 3. Там также были фото-, радиокружки, а также секции авто-, авиа-, ракето- и судомоделирования. По окончании школы Вячеслав не сумел поступить в Харьковский авиационный институт и устроился работать токарем в ремонтно-монтажный цех НЗФ. Затем перешел на ремонт печей. В 1975-1979 гг. учился в Саратовском военном авиационном училище. Впервые самостоятельно поднялся в воздух на вертолете в декабре 1979 г. – в день своего рождения, уже в звании лейтенанта.
– С Афганистаном мне довелось познакомиться еще до того, как стал в нем воевать, – рассказывает Вячеслав Васильевич. – После установления там прокоммунистического режима совесткое правительство подарило «афганскому народу» десять вертолетов. Я тогда уже служил в Закавказском военном округе. 25 февраля 1980 г. (через три месяца после окончания училища) меня включили в группу летчиков, которым было поручено важное задание – перегнать эти вертолеты в Афганистан. Со всей Грузии собрали вертолеты, перекрасили советские звезды в афганскую символику. Всех переодели в гражданскую одежду, рекомендовали даже не бриться: «Вы как бы не военные, и чем меньше будете на них походить, тем лучше». Летчикам дали по пистолету, борттехникам – по автомату. Мы погнали вертолеты из известного по фильму «Мимино» Телави (Грузия) в Кабул. Понятно, что каждый инженер воинской части стремился отдать то, что похуже. Я был летчиком-штурманом. Летели мы последним бортом – поисково-спасательной службой, у нас стояло два топливных бака на 915 л каждый. Из-за этого еле поднялись. На этой старой технике постоянно отказывала связь, на промежуточный аэродром в Баку заходили вообще без связи. Так вертолеты долетели до поселка Мары, расположенного недалеко от границы. Там летчикам и штурманам подвезли из Москвы советские гражданские паспорта. Поскольку техника была старой и маломощной, на высокогорье при пересечении границы один вертолет упал и его экипаж погиб, второй вертолет экипаж посадил прямо на высокогорную дорогу. До пункта в Кабуле из десяти вертолетов добрались восемь, потеряв два «борта» и один экипаж.
Как и другие летчики, Вячеслав Нежижим получил в Кабуле премию в 3,5 тыс. афгани и вернулся продолжать службу в Грузинскую ССР. Воевать в Афган его направили уже в октябре 1981 г. Год он служил Баграме командиром экипажа вертолета Ми-8-МТ.
Из служебного аттестата:
«Налет в Афганистане:
1981 г.: день – 67 полетов, 27 час. 40 мин., ночь – 8 полетов, 3 час. 10 мин.
1982 г.: день – 385 полетов, 282 час. 52 мин., ночь – 70 полетов, 60 час. 10 мин.
Итого – 530 полетов, 373 час. 52 мин.».
Применение вертолетов позволило советскому командованию оперативно реагировать на партизанскую тактику моджахедов. Они использовались для огневой поддержки наземных подразделений, преследования отходящего противника, воздушного патрулирования местности и сопровождения автоколонн, высадки десантов на ключевых позициях, снабжения войск, спасения сбитых летчиков и эвакуации тяжелораненых. Правда, в районах, возвышавшихся над уровнем моря более чем на 2500-3000 м, вертолеты уже работали на пределе своих возможностей, и здесь огневую поддержку войскам оказывали самолеты. – Первым из нашего экипажа орден Красной Звезды за спасение раненых получил борттехник, я сам на него писал представление, – рассказывает Вячеслав Васильевич. – Грузили раненых, была сутолока, все помогали, а потом я показывал борттехнику пробоины от пуль там, где находилось его рабочее место. Следующим получил орден штурман. На меня представление в ноябре 1981 г. написал командир отряда – за ряд выполненных сложных заданий (бомбардировка позиций моджахедов под Пешаваром, Пандшерского ущелья). Бланки ушли на Москву. Время шло, а ответа нет и нет. Оказалось, в штабе в Кабуле некий резвый подполковник вписал свою фамилию в мое представление и получил перед возвращением в СССР мою награду. Уволился – и убыл с концами. Как сказал мне начальник строевого отдела, «твоя звезда улетела с ним в Советский Союз». Повторно, по другому представлению и за другие задания я был награжден орденом Красной Звезды. Указ был подписан 8 декабря 1982 г. Наградной лист хранится в музее воинов-интернационалистов в Никополе.
Затем Вячеслав Нежижим служил в Ереване (1982-1986), Нерчинске Читинской области (1986-1990), Норе и Магдебурге в Германии (1990-1994). Известие о распаде СССР застало его за границей.
– Сложно было в то время оценить и понять, – говорит бывший летчик. – Из моего звена двое поехали в Украину. Поселили их в поле в палатках. Три месяца прожили там, и поняли, что у них нет никакого будущего. Уволились. Сам я поехал в Бердск (Сибирь). Служил в 1994-1995 гг. Всего за годы службы совершил на вертолетах Ми-8, Ми-9, Ми-8 МТ 5 470 полетов общей длительностью 2 881 час (4 полных месяца в воздухе!), прыжков с парашютом – 61. Списался с летной работы по зрению. Хотя это было сугубо личное решение: не пожелал ехать воевать в Чечню – неизвестно с кем. Отслужив 21 год, получил квартиру. Приватизировал, продал и переехал в 1998 г. в Никополь.
«Лётчики на пенсии долго не живут, – пишут Брайдер и Чадович. – Особенно те, кто служил в истребительной авиации. При маневрировании на сверхзвуковых скоростях возникают такие перегрузки, что мышцы отслаиваются от костей, а все внутренние органы смещаются. Не очень-то приятно жить, когда сердце давит на диафрагму, а почка — на мочевой пузырь. Что бы там ни сочиняли поэты, но человек рождён для неторопливой ходьбы, а отнюдь не для полёта».
Вячеслав Васильевич полностью соглашается с этим.
– Здоровых людей среди бывших летчиков нет. Средняя продолжительность карьеры летчика-истребителя – до 30–35 лет, то есть, 10–15 «полётных» лет. В Нерчинске кандидат в доктора наук готовил диссертацию, летал с нами. Установил, что за один полёт летчик теряет до полутора килограммов массы тела. Так это на вертолетах! А на сверхзвуковых самолетах? Удивительно, но один мой сослуживец до сих пор в Таджикистане возит на вертолете президента страны. Это ж надо, какая живучесть!
Сам Вячеслав Васильевич на пенсии увлекся садоводством и… компьютерами. Чинит их знакомым и знакомым знакомых. Такая вот жизнь пенсионера…

Памятник «Самолет»
У нас в Никополе странные памятники: не людям, прославившим город, не выходцам из него, прославившим Украину, а – «Пушка», «Танк», «Самолет»… Последний (реактивный самолет МиГ-17) был установлен возле ЦУМа в 1985 г. и посвящен воинам-авиаторам.
Тогда в город привезли два однотипных самолета. Первый установили возле ЦУМа, а второй хранился на территории Никопольского района электросетей (8-й квартал), и его вроде бы планировали установить в другом месте.
Однако одновременно с перестройской наступила пора дошлых предпринимателей-кооператоров, и организованный на базе предприятия кооператив стал потихоньку отпиливать детали алюминиевого корпуса и переплавлять их в… кладбищенские оградки. Так постепенно второй самолет и пустили в распил и разлив.
Затем в 1990-е эти оградки в основном были разворованы металлистами и вернулись на нелегальные пункты сбора металлолома. Такой вот круговорот алюминия в природе…

Обидно, конечно, завершать цикл на подобной пессимистической ноте, но что поделаешь? Это наша жизнь. Редко увидишь в никопольском небе самолеты гражданской авиации, истребители с военных баз на Херсонщине, лишь когда-никогда прострекочут в голубой выси какие-то залётные вертолеты. Но хочется верить, что в наше небо вернутся крылатые птицы. Ведь как же нам жить-то, без неба?..

Проект «Летчики Никопольщины» завершен. Ранее Игорь Анцышкин и Эдуард Фатеев писали о генералах Никопольщины и разведчиках Никопольщины. В ближайшее время представят читателям «Репортера» свой новый проект – «Моряки Никопольщины».
Подписывайтесь на «Репортер», читайте нашу газету!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

^ Наверх